Полдень по-летнему зноен.
Спит на скамье у ворот,
Тих, как луна, и спокоен
Серый с сединкою кот.
Снится коту его детство,
Мыши размером с овец,
Кошечка в доме соседском,
Сотни колбасных колец.
Молодость серому снится,
Будто силён и красив,
Будто летает, как птица,
В ветках орехов и слив.
Вздрогнут усталые веки,
Вцепятся когти в доску –
Снов быстротечные реки
Лишь нагоняют тоску.
Встанет, потянется сладко
Серый с сединкою кот.
Завтра под старою кадкой
Тихо навеки уснёт…

Тает снег. Тишь.
Слякоть и грязь.
Эй, тоска! Слышь?
В душу не влазь!

Мне и так боль,
Мне и так страх
В рану льют соль,
Грея в кострах.

Тысячи брызг
Грязи в окне.
Пусть весь снег – вдрызг,
Наплевать мне.

Не пойму сам,
Отчего так:
В голове – хлам,
В сердце – бардак.

Правда и ложь,
Слезы и кровь,
А в душе дождь
Проливной вновь.

Тает снег. Тишь.
Грязь? Ну и пусть!
Ведь всего лишь
За окном грусть

Мало слов, если важно действовать,
Если времени нет на раздумия.
Риск оправданный нужно приветствовать,
Риск без надобности – это безумие.

Если выхода нет – поворачивай:
Лабиринт тупиком не кончается.
На копейки свой век не растрачивай,
Из-за мелочи судьбы ломаются.

Ничего не бывает вечного.
Да и вечность вполне относительна.
Если верить каждому встречному,
То не верить в себя удивительно.

Очень часто люди влюбляются,
А потом почему-то ссорятся.
В этом мире всё повторяется,
И поэтому всё устроится.

Будь сильнее, чем обстоятельства,
Пустяки не бери себе в голову.
Коль уверен, так дай обязательства,
Ты ведь знаешь, всё будет здорово!

Нахлынет - хочется покоя,
Когда вокруг веселья смех.
Для тет-а-тет нужны лишь двое:
Бывают мысли не для всех.

Когда закат – длиннеют тени,
Ни свет, ни тьма – а полумрак.
Как дурень, бьешься лбом о стену,
А до дверей один лишь шаг.

Пускай взмахнёт крылом удача
И улетит за облака.
Я не расстроюсь, не заплачу –
Мне в сердце выстрелит тоска

Ведь знаешь - цель достать рукою,
Но чтоб добраться, нужен плот.
Я знаю, мне в игре с судьбою
Когда-то выпадет джек-пот.

Играя в мизер жить, не стоит,
Уж лучше сразу спасовать.
Для тет-а-тет нужны лишь двое,
Когда бывает, что сказать.

Сказал мне кто-то: «Это клоунада.
И все вы – клоуны, бездельники-шуты,
Дешёвая бездарная эстрада.
А ваши помыслы и действия пусты.

Смешны до слез душевные порывы,
Которыми вы увлекаетесь порой.
Кривлянья ваши просто некрасивы,
И каждый шут всегда рискует головой».

И я ответил: «Для того играю,
Чтоб кто-то чувствовал себя чуть-чуть умней.
Но ведь не каждый в этом мире знает,
Каков за сценой развеселый лицедей.

Да, я – паяц, наивный и забавный.
И сцена, где кривляюсь, стала мне женой,
И этот зал – мне собеседник равный.
Ведь для него на сцене я такой смешной.

Да, я – паяц с улыбкою из грима,
Внутри с гримасою унынья и тоски.
Как больно быть смешным в глазах любимой
И веселиться, когда сердце – на куски…

Да, я – паяц, на сцене я для смеха.
Но тонкий лирик с романтической душой
Живет во мне. Друг другу не помеха
Они – один серьёзный, а другой смешной.

Лейся солнце лучом из-за облака,
Дай весне зеленеть и цвести.
Дождь достаточно слёз уже выплакал,
Нет терпения больше грустить.

Сердце радует свежесть апрельская,
Манит душу в родные края.
Как ты там, моя родина сельская?
Как же ты там, сторонка моя?

Сколько вёсен с тобой повстречали мы,
Когда воздух – берёзовый сок,
И когда под снегами подталыми
Пробивается первый росток.

Вдоль лугов по тропинкам извилистым
Сколько лет я тебя изучал.
Сколько лет соловей переливистый
Поезд мой провожал и встречал.

Вот и снова под вишен цветение
Я пришел на твои берега
Слушать птиц развеселое пение,
Обнимать заливные луга.

Я взберусь на холмы, на высокие,
Чтоб оттуда взглянуть на село,
На сады и дома синеокие.
Полюбуюсь, как все расцвело.

Пусть я гость здесь теперь, пусть непрошенный.
Край родимый, за это прости.
Я лишь путник по жизни заброшенный,
Чтоб скорей я вернулся – пусти…